Люкке-22: путешествия Золушки, или Как я побывала Нигде

Люкке-22: путешествия Золушки, или Как я побывала Нигде - слайд

Можно ли попасть в то, что одновременно стало коридором и плоскостью.

Автор: Юлия Кулакова

Фотография: Ольга Агеева


Предыдущие части

Часть 22, заключительная

Рик на меня обиделся.

Началось все с пустяка. Как-то он пришел домой после трудового дня и с порога заявил:

— Люкке, давай советуй! Какую мне делать гимнастику?

Оказалось, что в рабочий перерыв парни завели разговор, кто в какой спортивный зал ходит и сколько и как тренируется. Рику оставалось только слушать с умным видом и хрустеть упаковкой от небывало быстро съеденных крекеров: сам-то он давно забыл, как тренажеры выглядят. Ему стало стыдно, решил срочно исправляться – но в голове хватило содержимого понять, что если он сейчас, без подготовки, схватится за штангу – сляжет надолго. Я была уверена, что работать в доставке – само по себе спорт нелегкий, но Рик признался, что берет не так уж много заказов и работает скорее в свое удовольствие, а добрый начальник закрывает глаза на это: не хочешь лишних процентов за выполненную доставку – ну и твое дело, с количеством заказов они вполне справляются. Остальные-то побольше набирают.

— И еще и в зал потом идут! – восклицал Рик патетически. – А я устаю! Совсем форму потерял!

Чтобы что-то потерять, надо это сначала иметь. Нет-нет, я этого вслух не сказала. Наоборот: похлопала по плечу, сказала, что все будет хорошо, и отправила ему ссылку на свою любимую и очень известную в мире японскую гимнастику. Кстати – всемерно рекомендую в качестве утренней зарядки или разминки среди дня, полезная штука и действительно держит в форме. Просто запустите в поиск в интернете, вещь-то известная.

Рик заперся в своей комнате. Восемь минут подряд из-за двери доносились такие стоны и хрипы, что я несколько раз инстинктивно тянулась к телефону – вызвать «скорую». По окончании же сего безобразия напарник появился на пороге полусогнутым и вымолвил:

— Это не гимнастика, это пытки какие-то! Нет, Люкке, давай что-нибудь другое.

— Завтра, — пообещала я. И принесла ему к вечеру следующего дня бумаги с подробным описанием совсем другого комплекса упражнений. Старалась, копировала с одного буклета, который нам в библиотеку принесли.

Рик долго и недоверчиво всматривался в схематичные фигурки, которые старательно изображали овальными ручками и ножками различные движения. Потом скрылся за дверью. На этот раз звуков не было никаких – если не считать того, что что-то пару раз там стукнуло, за чем оба раза последовали громкие ругательства, видимо — наш спортсмен въехал локтем во что-то из мебели. По прошествии времени, которого мне бы хватило на три таких комплекса, Рик вышел ко мне – на этот раз не согнутым, а вполне себе Человеком Прямоходящим – и сказал, что эта гимнастика его вполне устраивает.

А вот еще через сутки он на меня и обиделся в первый раз. Да, еще и второй будет, но вы только послушайте. Дело в том, что юношу послали доставить заказы в милый и тихий частный пансион. И там Рик увидел оригинал того самого буклета, копию последней страницы которого я ему и принесла накануне. На самой странице не значилось ничего подозрительного, люди сейчас, к счастью, осторожно подходят к ряду деликатных тем. Казалось бы – ну гимнастика и гимнастика. Но буклет-то был посвящен пансиону для лиц определенного возраста! Говоря по старинке – дому престарелых.

Рик долго гонялся за мной по дому с этими распечатками. А потом устал. И ушел обижаться в свою комнату.

Мы, конечно, помирились, но ненадолго. На другой день он высказал мне, что я не даю ему простора для самостоятельной деятельности. Например – он ни разу сам не работал с клиентом.

— Мы вообще-то команда, — напомнила я ему. – Одному заниматься такими делами – это пустая и лишняя трата времени и сил. Лично я бы, наоборот, еще кого-нибудь к нам позвала в помощь. Через два дома, например, Анита живет. Работает полдня, как я, могла бы поддержать нас. Говорят, она гвозди узлом запросто завязывает, нам с тобой такой человек в команде нужен. А то мы, если честно, проигрываем мускулатурой-то. Мозгами, давай признаем, тоже не блещем, если бы Джеймс не помог нам уже несколько раз – сидели бы, как говорится, в потемках. Но Джеймса нагружать нельзя, он уж старенький…

На слове «старенький» Рик окончательно помрачнел. И тогда я встала и сказала:

— Хорошо! Следующее дело бери себе и только себе.

И тут, как по заказу, зазвонил телефон.

Клиенткой оказалась пожилая дама, которая поведала Рику некую информацию о родственнице, проживающей в Городе. Рик долго кивал, писал в блокноте, повесив трубку – бросился в комнату и долго что-то искал за компьютером. Затем – уже с мобильного телефона и за закрытой дверью – позвонил куда-то и вышел очень гордый собой.

— Всё, одному человеку помог, — довольно сказал он.

— Расскажешь? – спросила я, протягивая ему чашку чая на блюдце.

Рассказанное повергло меня, мягко скажем, в смущение. Клиентка очень волновалась о племяннице Марго, которая с некоторых пор стала неузнаваемой. То излишне оживлена, то будто напугана, заметно переутомление, похоже – очень мало спит. Но на работе у нее все спокойно и стабильно, ни с кем не ссорилась из подруг, и так далее и далее.

Логично бы было встретиться с женщиной, расспросить подробности, которые по телефону не услышишь, взглянуть на ее племянницу. Но наш вундеркинд пошел другим путем. Он порылся в интернете и зачитал женщине, какие психические расстройства и особенности дают именно такую картину, какая была озвучена. За сим он попросил ее убедить молодую родственницу посетить доктора и откланялся. Слава Богу – хоть денег не взял.

Я сидела на диване и делала все возможное, чтобы промолчать и не высказать, что я о нем думаю. И не треснуть его, причем далеко не диванной подушкой. Наконец не выдержала:

— Дай мне координаты этой женщины!

— Ты обещала! – заорал Рик, убежал в свою спальню и хлопнул дверью так, что в добротной стене что-то треснуло. К вечеру он убедился, что не может ее открыть изнутри, а услышав, что я уже орудую в замке инструментами и пытаюсь его спасти – выпрыгнул в свое окно и куда-то ушел до ночи. Надо было мне оставить его со сломанной дверью, надо. Пусть бы так и ходил в кухню: через окно и входную дверь. Но это же опасно, и я не смогла оставить… ну и просто не люблю, когда что-то сломано, да.

Под утро телефон зазвонил снова. Рик, вернувшийся точно на рассвете, ушел в свою спальню, в которой теперь не закрывалась дверь, и реагировать на звонок не стал.

— Меня зовут Стелла, — представилась девушка с приятным низким голосом. – Скажите, вы выезжаете в Город? Мне нужно рассказать вам о моей подруге. Я услышала от нее нечто странное, думаю – вам будет интересно.

Я посмотрела на часы, назвала время, в которое возможна встреча. Ушла собираться. Когда вышла – с мокрой головой (сама высохнет) и с чемоданом – увидела напарника. Он тоже был с сырой головой и с чемоданом.

— Поедем вместе, — сказал он.

**

— Я пообещала, что поверю ей. Понимаете, Марго вообще не обманывает никогда. Например, она как-то хотела уйти с работы пораньше, что-то нужно было дома починить, что ли, боялась пропустить мастера. Я ей говорю: скажи, что заболела, начальник у нас понимающий, да и что ему этот час? Так Марго аж побледнела. Я, говорит, так не могу. А еще она не очень относится к фантастике. Ну так же – говорит – не бывает! И вдруг сама рассказывает такое, что … Вот жалко, что я не писатель. Вполне неплохой сюжет для фантастической повести, вам не кажется? Извините, это я от нервов смеюсь, я вправду очень за нее волнуюсь.

Кроме нас, в кафе при гостинице в этот час никого не было, и ее слова казались громкими и тяжелыми. А может, я просто не выспалась. А может – так подействовали ссоры с Риком. Да, я не права. Но и он тоже хорош.

— Подробно сможете рассказать, что именно она вам говорила? – спросила я.

— Думаю, да, — Стелла нечаянно толкнула крохотную чашечку с кофе, и темная жидкость вылилась на белое блюдце. Я смотрела, как капли окружают дно чашки. – Такое не запомнить – невозможно! Вы сейчас сами все поймете.

Оказалось, что Марго – практичная, земная Марго – в душе всегда мечтала о приключениях. Побывать в других странах, посмотреть большие города – вот чего ей хотелось. Возможно, пару путешествий она бы и смогла себе позволить. Но не позволяла. «Я должна работать, а не мечтать» — вот и весь сказ.

Когда к ней подошел на улице человек и сказал, что ищет добровольцев для психологического эксперимента – Марго сначала чуть не отправила незнакомца поискать этих самых добровольцев в совсем другом месте. Но тот вовремя сказал, что эксперимент помогает людям, которые мечтают о поездках в другие страны. И Марго, неожиданно для самой себя, согласилась его выслушать.

От нее требовалось совсем немного. Просто в определенные дни в определенное время – ложиться спать. В одежде («Потому что нужен настрой! Вы же не поехали бы в аэропорт в ночной рубашке, верно?»). И ждать, когда во сне к ней придет Проводник – сам вербовщик, поэтому бояться нечего, — и откроет что-то вроде дверей через пространство, сквозь которые она и войдет в намеченный ею город. Несколько часов она может делать в городе все, что угодно. С тем лишь условием, что через несколько часов нужно оказаться вновь на прежнем месте, с которого начались приключения. «Поэтому в криминальные истории или в лав-стори придется не влипать, — комично посетовал вербовщик. – Но мы над этим работаем, честное слово!»

— Нехорошая шутка, — отметила я. – Шуткой не кажется.

Несколько ночей сны Марго превосходили все ожидания. Она появлялась там, где хотела. Осматривала достопримечательности, объяснялась на ломаном языке с разговорниками в руках, пила напитки («не больше пары бокалов!» — напутствовал ее Проводник) – а к назначенному часу бежала в условленное место и вскоре оказывалась, усталая и счастливая, дома.

— Настоящая история Золушки, — сказала я.

— Вы будете смеяться, но она однажды потеряла туфлю, когда убегала, — хмуро ответила Стелла. – Причем потом этой туфли дома не оказалось. Интересные сны, где ты всерьез теряешь обувь, не правда ли?

— Если это действительно эксперименты со сном, то ожидать можно всякого. Человек в приступе снохождения мог так далеко эту туфлю закинуть, что не найдешь потом. Но что-то мне кажется в этой истории подозрительным. Этот Проводник вообще объяснил ей, от какого института он работает, как ведется статистика, какой гонорар, в конце концов, она получит?

— Люкке у нас жадная, — вздохнул Рик.

— Зря вы так, все Люкке правильно говорит, — возмутилась Стелла. – Ничего этого Марго не знает – он заявил, что тогда эксперимент не удастся. Вроде как знание о том, что проводится опыт, и так мешает внушению, которое и обеспечивает эти путешествия в сновидениях, а точные координаты ученых и вовсе сведут все на нет! А про вознаграждение она вообще не задумывалась. Считает, что ей очень повезло, и неважно, что приключения не настоящие. Знаете, однажды она попала во сне в полицейский участок! Она не могла ничего объяснить, языка-то не знает, и не могла показать, разумеется, никаких документов. И когда ее хотели перевезти в какое-то другое место – вдруг вмешался человек с пистолетом, буквально отбил ее и отвез к месту перемещения в реальный мир! Вроде бы никто не пострадал, но она была очень травмирована произошедшим. Сон ощущался совсем реальным, пробуждения она не помнила, ей казалось, что все происходило на самом деле. Проводник еле-еле убедил ее продолжить эксперимент. Но, что интересно, запретил посещать предыдущий город! Если это сон – то чего же бояться?

— А если это не сон? – спросила я.

— Но…это же невозможно, — Стелла наклонила голову, будто не выдерживая тяжести.

— Так потому вы и вызвали нас, — вздохнул Рик. – Верно же?

— Странно все это, — закивала Стелла. – Она стала такой… То счастливая, перевозбужденная, то, наборот, чего-то испугается в этих своих ночных приключениях. И мне кажется, что на самом деле она совсем не спит. Устала, на ногах едва держится.

— Что-что вы сказали? – Рик захлопал глазами и начал подниматься из-за стола.

— Ты все слышал, — сказала я. – Скажите, пожалуйста, а где живет ваша подруга? У меня есть подозрение, что мы уже знаем ее адрес. А еще у нее, скорее всего, есть тетя, которая очень любит племянницу. Я не ошиблась?

**

— Ты собиралась связываться с полицейским участком в совсем другой стране? И как ты это себе представляешь без помощи Лиз? «Здравствуйте, это есть мадам Люкке, вы дать нам переводчика и предоставить служебную секретную информацию»?

— Нет, я совсем о другом. И уже позвонила Джеймсу. Происходит то, чего я и боялась. Если пропустить цепочку объяснений – в Городе появилось много новых лиц. В основном криминальных. Вылезают ночью, совершают нечто – грабят, по большей части – и исчезают насовсем. То, во что они одеты, какие улики оставляют – оно все совершенно точно не из Города и вообще не из нашей страны. Какой-то однодневный туризм с криминальными целями, честное слово. Один воришка потерял в Городе свой документ. Знаешь, откуда он? Из Австралии. К нам в страну не приезжал, никуда с места жительства не исчезал. Документ пропал – но только наутро. Как это понять? Вечером он у него был, утром – нет. Физиономию наши полицейские опознали: он, точно! Вот только из дома не выходил и уж тем более не летал на самолете за тридевять земель. Сидел в своей австралийской комнатушке. Какое объяснение?

— Д-д-даже не знаю, — выговорил Рик. Я отдала ему свой неначатый имбирный чай, собственный он уже выпил и все равно не согрелся. Мне и то не по себе от этой истории, а Рик всегда был чувствительным. Да что там говорить: Джеймс и то под впечатлением.

— У меня складывается очень простая картина, — сказала я. – И очень недоказуемая. Кто-то, как это назвала Стелла, открывает портал…

— Опять портал, — скрипнул зубами Рик. Да уж, страшно. Он никогда не забудет портал, куда чуть не утащили в свое время его Афину.

— … и начинается двустороннее движение: туда отправляется Марго за впечатлениями, а оттуда – какой-нибудь жулик. Почему такой разброс в гражданстве пришельцев – я думаю, тут все просто: не все ли им равно, где воровать, лишь бы не поймали. Но понятия не имею, почему он не может просто препровождать жуликов туда-сюда. Зачем ему Марго? Похоже, нужно, чтоб количество сходилось, один человек туда — один обратно?

— Природа хочет равновесия, — усмехнулся Рик. – И добровольности?

— Как ни смешно это звучит – похоже на то. И если мы правы – нам остается самый жуткий шаг.

— Закрыть портал и столкнуться с преступником, который заведует перемещениями в пространстве? – спросил Рик. – Слушай: ты уверена, что мы живы останемся?

— Под страшным я имела в виду другое, — пояснила я. – Придется сделать очень больно бедной Марго.

— В каком…смысле? – вытаращил глаза Рик.

— Как в каком? Как, ты думаешь, она будет себя чувствовать, если мы ей объясним, что эксперимент оказался враньем и ее использовали для доставки чужеземных преступников в Город? Не говоря о том, что столкновений с необъяснимым она тоже не заказывала.

— А-а, ты про это, — умиротворенно выдохнул Рик. – А я-то уж испугался.

**

Марго сидела с каменным лицом.

Её квартира была очень милой. Особенно сейчас, к вечеру, когда солнце размазало желтые пятна света по бежевым стенам. Я бы сказала, что жилье напоминало грустную маленькую девочку с большим бантом. Жилье, но не его хозяйка.

— Я вас поняла, сказала она, дослушав до конца. – Я сама поговорю с тетей Ли и со Стеллой. Уверена, что ваша история заинтересует какую-нибудь газету. Ну, из тех, что пишут про НЛО и йети (на слове «йети» Рик фыркнул, но замаскировал это под кашель). Психология в наше время достигла больших высот. А вот дружба – увы, не всегда достигает высот. Всего доброго.

— Это она про что? – спросил Рик, когда дверь резко и громко захлопнулась. Будь у меня хвост – его бы прищемили сейчас.

— Про то, что Стелла нам все рассказала, — объяснила я. – Она ей больше не сможет доверять.

— Нам Марго тоже не поверила, — закусил губу Рик.

— А вот этого мы не знаем. Приходят незнакомцы, говорят, что знают про ее самое личное, самое заветное. Мечты, по сути — сказку ее сердца.

— Ох, Люкке, как скажешь, — поморщился Рик.

— Потому она нас и прогнала. Пришли в сердце и натоптали грязью, так сказать. Даже если она и прислушалась к нам – мы это вряд ли узнаем, - сказала я и вытерла навернувшуюся почему-то слезу. Сильный сегодня ветер.

— Ничего мы не натоптали, мы вытерли ноги о коврик, когда заходили, — пробурчал Рик.

Я хлопнула его по плечу и посмотрела на часы. Стоит поторопиться на автобус.

**

— Люкке? – послышался в трубке голос. – Люкке, это вы?

— Я, да, — ответила Очень Сонная Люкке. На часах было девять утра. Ничего себе проспали мы сегодня. А ведь хотели в обед покинуть гостиницу и уехать из Города.

— Понимаете… Я говорила с Проводником.

Ее голос срывался. Казалось, что она вдыхает, но не выдыхает. Если мы и сделали ей вчера больно, то Проводник сделал еще больнее.

— Он сказал… Он сказал, чтобы я молчала и продолжала делать, что говорят. И тогда меня не тронут, — сказала она и зарыдала в трубку. – Следующий сеанс – уже через час!

— Я буду у вас, — ответила я, уже стоя у двери в джинсах и футболке и набирая сообщение Рику. Прочтет, когда проснется. Некогда мне его будить.

**

Заплаканное лицо Марго.

— Вот сейчас, — сказала она.

Даже хорошо, что Рика здесь нет. Если бы он второй раз в своей жизни увидел, как посреди жилого помещения открывается дверь непонятно куда – я думаю, ему бы точно понадобился психолог. И то, что Проводник выдавал себя за психолога – это прямо какой-то совсем черный юмор.

— Раньше вы всегда сначала засыпали, прежде чем открывался портал, да? – уточнила я.

— Да. Теперь он, как видите, не утруждает себя уже этой иллюзией, — усмехнулась она сквозь слезы.

— Понятно. А теперь уходите, — сказала я. – И быстрее!

— Он сказал, что найдет меня где угодно. И предупредил, что в проеме между пространствами никакие предметы не действуют… ну, то есть ни пистолет, ни нож – ничего. Там, говорит, другие понятия, нездешние.

— Ишь какой ученый бандит выискался, — проворчала я. Впрочем, оружия у меня все равно не было. – Нет, вам надо бежать и как можно скорее. Уверена, что это блеф: как он вас достанет?

Я бы сказала еще пару слов, но именно в этот момент что-то случилось. Как будто отдернулась некая завеса. Наш язык, действительно, бессилен такое описать. Это произошло не «у стены» или «у двери»: это произошло вообще. Мы были одновременно в комнате – и где-то еще. И то, что открылось, указывало и выходило прямо на Марго.

— Но …оставалось десять минут! – вскрикнула девушка.

— Он соврал, —я пожала плечами и, отодвинув Марго, встала на ее место. Я видела одновременно двух девушек: одна, в домашней одежде, стояла и что-то продолжала мне говорить, другая, из света и теней, сжалась у «стенки» того, что открывалось передо мной, в жутком страхе. И обе они были одной Марго. Интересно, сколько было в этот момент меня? И каких?

А вот Проводник был один. С бесцветным лицом. Бесцветный, точно. Он деловито проводил руками линии – и они оставались в той субстанции, что заменила воздух. Линии «вырастали» — превращались в плоскости, сталкивались, искали равновесие. Вход отдалился, и линии выстроили подобие коридора – от обрыва того пространства, из которого он появился, в наше пространство. Пустое длинное помещение, которого одновременно не существовало. Проход между разными частями мира, своего рода черный ход, нарушающий законы природы.

А он все суетился, словно на базаре. Иногда поглядывая на Марго. Я ему была неинтересна.

Я вступила внутрь, все еще не зная, можно ли попасть в то, что одновременно стало коридором и плоскостью. Протянула руки к фигуре Марго, которая была светом, и попыталась вытащить ее обратно, за линию, отчеркнувшую наш мир от только что созданного пространства.

Не вышло.

На это я совсем не рассчитывала. Как и на то, что я сама теперь состояла из света. И мои руки одновременно могли оставаться на месте – и дотягиваться до любого конца призрачного «коридора». Если тут уместно слово «концы».

Тогда я просто встала перед Проводником.

И ощутила удар.

«Он пытается выбросить меня наружу, я ему мешаю», — поняла я. И почувствовала, что мои ноги стали сильнее и меня теперь никто не сдвинет. Рик что-то говорил о «добровольности». Похоже, воля тут вообще играет очень большую роль.

От Проводника шли волны чего-то устрашающего. Внутри меня задрожали какие-то новые органы.

— Да не боюсь я тебя, — сказала я. Сказала и одновременно не сказала. (Неудобный этот портал, вообще описанию словами не поддается. )

И пришелец на меня бросился. А я – на него. Если бы все происходило на земле – лежать бы мне на полу после одного его удара. Ну ладно, после двух, что-то еще помню с тренировок. А здесь силы иначе измерялись. И, видимо, я оказалась далеко не слабым противником. А будь я не одна – может, и победили бы его.

Рик потом удивлялся, почему я не позвала на помощь Марго. "Ты что – не могла хотя бы крикнуть ей «дерись»?" — спрашивал он. А я… Тут такой сложный узел чувств, что если человек сам не понимает, то ему и не объяснишь. Возможно, войди Рик в портал и увидь собственными глазами Марго, состоящую из пятен света и скорчившуюся у земли, — не задавал бы вопросов.

Мне не было больно. Но силы иссякали. Я проигрывала. И тогда моё тело (какое из них?) метнулось к проходу, к той двери, откуда Проводник пришел. Логично, что вход моему сознанию вполне может представляться в форме двери, но кто знает, что она представляет собой на самом деле?

Противник нанес удар – и я вполне физически отлетела к этой двери и упала на нее. Спина и плечо резко заболели. Значит, моя отчаянная гипотеза оказалась правильной и на краях портала действуют земные силы? Ура!

Дверь захлопнулась. Как обычная дверь какого-нибудь простого дома.

От Проводника пошли волны страха. На этот раз – не устрашения, а именно страха. Он бросился к двери и попытался ее открыть. А вот нет.

Какой-то миг он меня вообще не замечал. И тогда я одним прыжком, прокатившись по полу (внезапно обретшему земные качества, из-за чего я отшибла и второе плечо), схватила Марго-светлую обеими руками и вместе с ней выкатилась из портала.

Последнее, что я успела разглядеть – это изумленное лицо Проводника, который теперь не мог воспользоваться ни одним из входов. Он попытался приблизиться к нам, но я вскочила на ноги и в точности воспроизвела движения, которыми он начинал выстраивать портал. И вход схлопнулся в точку. Исчез. Может быть, эта точка еще какое-то время существовала в нашем мире, но мне это уже неизвестно. Мы ж не ученые, экспериментов не проводим…шучу так, да.

Мои руки отпустили Марго, — она тут же села в кресло и замерла. Похоже, понадобится доктор.

Я встряхнула руками и ногами и подошла к Рику, с недоуменным личиком стоявшему в дверях.

— Давно пришел? Всю драку видел?

— Какую еще драку? – спросил он. – Вы стояли на одном месте и обнимались, потом ты руками помахала вот так, по-дурацки, а потом опять ее обняла. Что тут вообще происходит?

Мы обернулись на резкие звуки. Это смеялась сквозь слезы Марго.

— Не стой, докторам звони. Я все руки отбила об этого скота, — бросила я Рику. На самом деле руки у меня дрожали, еще не хватало телефон выронить. Ну…и отбила я их, это правда. Это там, в портале, сила ударов ощущалась иначе, а на родной земле – хорошо, если хоть ребра не сломаны.

— Что мы «скорой»-то скажем? — спросил Рик, пока я, превозмогая боль в груди и спине, укутывала девушку пледом.

И тут Марго, которая никогда не врет, судорожно сглотнула, обхватила себя руками и еле слышно произнесла:

— Я что-нибудь придумаю.

**

На чаепитие я принесла печенье, сделанное по рецепту Бабушки Лиз. Правда, почти всю мою стряпню съел Рик. Как и многое другое из того, что было на столе. Наверное, он просто неловко себя ощущал среди одних женщин. Я, Марго, ее тетя Ли и Стелла – вот такая немаленькая компания. Единственный тост (мы с Риком выпили колы, остальные пригубили домашнего вина) был – за благополучное завершение наших приключений.

Марго ищет другую квартиру. Думаю, не стоит объяснять причин? Пока что у Стеллы живет, та только рада. И компании, и тому, что подруга больше не винит ее в разглашении сердечных тайн.

А Рик собрался к своим родителям съездить. Говорит – и просто надо, и перемена мест лечит от выгорания. Я, конечно, по-прежнему считаю, что у него не выгорание, а лень, но пускаться в психологические споры у меня нет настроения. Из меня в сфере психологии не больший специалист, чем из того Проводника.

Почему смеюсь? Да вспомнила. Рику его родители сообщили, что каждый день делают одну простую гимнастику для «бодрости на целый день». Как вы догадываетесь, это они про японскую гимнастику. Рику было стыдно. Теперь занимается каждое утро. Даже не стонет и не хрипит уже. Почти.

Есть и то, отчего не до смеха. Марго до сих пор боится, что преступник ее найдет.

«Пусть сначала выберется! Уверена, что он так до сих пор и сидит в своем нигде», — говорю ей я. Но она на всякий случай хранит мою визитку и везде носит с собой.

А у вас моя визитка – осталась?

Вы обращайтесь, если что.

 

 

 

 

 

 

 

 

Материалы по теме
Подпишитесь на нашу рассылку
Мы будем присылать вам важные и лучшие материалы за неделю.
Вы сможете дополнительно настроить рассылку в личном кабинете.