Мальчик, котик и сострадание

Мальчик, котик и сострадание - слайд

Автор: Юлия Кулакова

Фотография: Alicja Brodowicz


Однажды сын уговорил меня посмотреть один мультсериал — «Книга Друзей Нацуме» («Тетрадь дружбы»). И знаете – я прониклась.

Мультфильм японский, и рассказывает он о мальчике по фамилии Нацуме и по имени Такаши. Родители малыша умерли, с ранних лет он скитался по домам родственников. У него была особенность: он видел всяких существ, которых обычные люди не видят. В результате его травили и люди, и те самые существа. По задумке автора у ребенка седые волосы, и немудрено. Хотя бы одну беду удается исправить: его забирает в семью очень добрая бездетная пара. Но тут-то и начинается главная заваруха! Хочется сказать «зато теперь ему есть за что сражаться», вот только он сражаться не хочет. И, собственно, об этом весь мультфильм.

Существ, которых не каждый может увидеть, в японской мифологии много, даже слишком. Попробуй разобраться во всех этих разновидностях. Некоторые переводчики (я смотрю на японском с английскими субтитрами, а субтитров не один вариант) любят обозначить их попросту «нечистой силой», хотя настоящая нечистая сила – «Они» — там появится только один раз и без вопросов будет уничтожена. В русском описании фильма вообще зачем-то оперируют фразой «продать душу»… и я их поздравляю соврамши, нет там ни про какую душу. Фильм совсем о другом.

То что ёкаи, они же Аякаши, весьма любят сожрать как друг друга, так и человека (японское слово «съем!» стало у нас шуточным семейным ругательством, это слово зритель выучит уже через пару серий) – это точно. И по-хорошему обращаться бы с ними, как бабушка нашего Такаши – Рейко.

Девушка по имени Рейко была таким же изгоем, как внук, только относилась к этому иначе: была грозой как людей («Что у тебя за ссадина?» — «Да так, побила троих мальчишек…»), так и ёкаев, у которых от одного ее имени пропадал аппетит. А у кого не пропадал – того она вызывала на бой, быстро отправляла в нокаут и требовала записать его имя на бумаге. С этого момента он обязан был явиться к ней по первому приказу и служить ей. Она этим не пользовалась: просто, видимо, грело ей сердце то, что под подушкой лежит уже целая книга таких имен, прозванная Книгой Друзей. Понять, почему «друзей» – это очень полезное «домашнее задание», данное автором зрителю.

Эта самая книга и была унаследована бедным, замученным всеми Нацуме Такаши. Плотоядные ёкаи, которые доверяют запаху больше, чем глазам, начинают гоняться за парнишкой с завыванием «Нацуме Рейко, отдай мне Книгу Друзей!» (Это «Нацуме Рейко» начинает завывать в голове уже после первой серии, будьте осторожны, а почти все чудовища нарисованы настолько чудовищами, что я пару раз давилась чаем). Мальчишку и на новом месте люди начинают считать ненормальным. А вы бы что подумали о человеке, который все время кричит «нет», белеет от ужаса, отбивается и прячется от кого-то невидимого?

Однажды, убегая от очередной страхильды, мальчик случайно нарушает заклятие-барьер, которым связано одно примечательное существо по имени Мадара. Именно Мадара и становится «волшебным помощником» Такаши, и жизнь начинает быстро улучшаться. Потому как Мадара, огромный белый дракон, похожий на волка, имеет такую силу, что запросто может потягаться и с божествами-ками, не то что с какими-то воющими пугалами. Мадара объясняет ребенку смысл «Книги Друзей» и, похоже, ждет, что внук будет вести себя как бабушка, но быстро разочаровывается и постоянно высказывает это разочарование словарной, но все же ругательной японской лексикой. Знакомым существам Мадара представляет Такаши как свою добычу, после смерти которой он заберет Книгу. Ну не признаваться же, в самом деле, что он нечаянно полюбил этого невероятно доброго и честного человеческого детеныша и несколько раз готов был защищать его ценой жизни?

У Мадары есть и другие слабости. Например, большую часть времени он проводит в виде толстенного кота, который валяется, обжирается, а по ночам убегает к местным ёкаям и возвращается изрядно перебравшим сакэ. И знаете, я его хорошо понимаю. (Нет, не в смысле сакэ, я – увы — не пью.) Когда слишком долго был пафосным драконом, уж очень хочется пожить как котик. Посидеть в тепле, помурлыкать, поиграть игрушкой, изредка помахать лапой и покричать: «Нацуме, дурачок, я голодный, неси мне сладких булочек…» Кот классический, одна штука. И горе тому, из-за кого бедному котику придется подниматься с теплого футона и превращаться вновь в грозу ёкаев.

Казалось бы: мальчик, в твоих руках такая Книга! Да пусть служат тебе эти страшилища, пусть заодно съедят всех обидчиков, и плотяных и потусторонних… Но Нацуме этого совсем не хочет. Даже когда какая-то очередная кровавая бяка нападает на него – он пытается разобраться, что эту самую бяку сподвигло так себя вести. А вдруг кошмарику нужна помощь? Что интересно – отпетые негодяи среди ёкаев (в отличие от людей) оказываются не так и часто. Где-то 50 на 50. А остальные и впрямь находятся в тяжких обстоятельствах, и мальчик идет им помогать. Рискуя жизнью, теряя здоровье, ставя себя в неловкие положения, что для японца страшнее двух предыдущих моментов.

«Идиот!» — только и успевает вопить котик. Мало того, что Такаши теперь живет только жизнями обездоленных ёкаев – он еще и возвращает им имена из книги. И никогда не приказывает- только просит. Котик ворчит, что этак ему достанется только обложка, и заедает горе вкусными манджу из соседней лавки. Котик – вообще телохранитель своеобразный. Он вообще может мяукать и ловить бабочку, в то время как в двух шагах от него бедного мальчишку опять душит какая-то тварь. «Нацуме, болван, когда ж ты научишься давать отпор…» — лениво тянет Нянко-сенсей, как называет себя дракон в кошачьем обличье, созерцая мучения подопечного. И это зря. Поскольку Такаши все-таки внук своей бабушки и обладает полнотой ее силы, то одним ударом он, разозлившись, повергает на землю страхолюдину… а вот второй удар пару раз достается вероломному котику. Ибо нечего бросать в беде.

Надо ли говорить, что мальчиком с такими способностями начинают интересоваться люди, которые сделали своей профессией изгнание ёкаев. Там оказывается и собственная «мафия» — и вот тут-то начинается настоящий боевик, хорошо показывающий, что у людей может оказаться меньше совести, чем у тех, кого они изгоняют. Но тут проявляются и настоящая смелость, и твердость мальчишки. Когда ему под угрозой жизни велят решать, «с кем ты» — он решает быть на стороне тех, кого преследуют. Любой ценой. И он оказывается сильнее всех этих умных и умеющих – потому что он добрый. А они не знают, что это такое. А кто знал – забыл.

Потихоньку у Такаши появляются друзья. Из людей – такие же необычные и самоотверженные, как он. И из ёкаев – бесшабашные, смешные, глупые, пытающиеся скрыть, как они его любят. И, конечно же, Мадара, который уже вовсе не против, чтобы Такаши его погладил. Боевая и активная Рейко, которая постоянно появляется в воспоминаниях, почти не вызывает сочувствия. А вот Такаши… В слабом ребенке – то самое мужество, доброта, сострадание, про которые нам безуспешно пытаются втолковать человеческие мудрецы уже который век.

Рекомендую или нет? Маленьким детям – нет, вот честно. Страшилища и их мир нарисованы жутко и впечатляюще (однажды, идя по дому и видя движущуюся тень, я поймала себя на мысли: ну да, ёкаи ходят, ничего особенного…), с большим сочувствием изображаются и те, кому вообще-то не помогать бы, а как минимум побить, достаточно ярко идет тема хороших и красивых ками-божеств, которые слабеют от того, что слабеет поклонение им, и их реально жалко. Немало криков, рыков и крови. Легче всего запоминается японское слово «идиот». Так что, малышам это не нужно. А вот если кто, от подростков до старушек, вовсю ужасы смотрит, да еще и с налетом мистики – вот этим, наверное, рекомендую. Не думаю, что взрослые люди, посмотрев мультфильм про мальчика и котика, рванут изгонять ёкаев. Которых, собственно, не существует.

Из-за чего я смотрела этот мультфильм и буду пересматривать? Обманывать не буду: в первую очередь из-за того, что мои собственные вопросы к самой себе уж очень перекликаются с тем, что на экране. А еще, что ничуть не менее важно для меня, — из-за чудесной японской музыки, любовно прорисованных пейзажей, безудержной фантазии авторов, нежнейших лиричных, поэтических, грустных и веселых историй.

Ну и из-за Мадары, конечно. Если до Нацумэ мне нравственно очень далеко, то вот Мадару я хорошо понимаю.
Быть большим белым драконом — оно, так сказать, накладывает.
Котиком быть — всегда веселее.

Материалы по теме
Подпишитесь на нашу рассылку
Мы будем присылать вам важные и лучшие материалы за неделю.
Вы сможете дополнительно настроить рассылку в личном кабинете.