Такое детство

Такое детство - слайд

.

АВТОР: НАРИНЭ АБГАРЯН, ПИСАТЕЛЬНИЦА

ФОТОГРАФИЯ: JONĖ REED

Когда совсем-совсем не хотелось есть, а было надо, папа придумывал сказки. Нет, сначала он готовил, обязательно что-нибудь простое. Отварит картошку, польёт растопленным сливочным маслом, посолит крупной солью, посыпает кольцами злого лука. Возьмёт несколько помидор – мясистых, сладких, овечьей брынзы, краюху домашнего хлеба. И ведёт нас за плечо холма.

На самой макушке, повернувшись боком к солнцу, стоял наш крохотный летний домик – деревянный, скрипучий, с большой, накрытой полосатым паласом тахтой и жестяной печкой. Печка пахла теплом и дымом, а ещё – моросящим дождём, видно потому, что топили мы её, когда за окном лил дождь.

Папа выставлял на поднос еду и вёл нас, словно заправский Моисей, к вековому буку, который торчал, одинокий и нелепый, на плече нашего холма.

– Старшая садится справа, средняя – слева,– распоряжался он.

– А я?– волновалась двухлетняя Гаянэ.

– А ты садишься напротив и внимательно слушаешь.

Он нарезал помидоры и сыр, отрывал от краюхи кусочек горбушки, макал в масло, отправлял себе в рот, закрывал глаза.

– М-м-м. Как вкусно.

– Ну?- поторапливали мы.

– Так вот. Знаете, как я отварил эту картошку?

– Знаем. В воде.

– Ничего вы не знаете. Сначала я сходил на речку. Сегодня там было столько рыбы, что не протолкнуться. Они не разрешали воды набрать, говорили – самим не хватает. Но я объяснил, что это не мне, а детям. Раз детям, тогда ладно, ответили рыбы.

Папа брал кружок картошки с колечком лука, ел с брынзой, причмокивая.

– Господи, как же вкусно! – говорил куда-то вверх. Мы запрокидывали головы. Наверху были облака, солнце, ветер. И больше, наверное, ничего. Но папа смотрел так, словно кого-то там видел.

Мы нерешительно переглядывались. Тянулись за хлебом и сыром. Папа делал вид, что не замечает этого. Продолжал рассказ с прерванного места.

– Потом я затопил печку. Поставил вариться картошку. А сам знаете куда пошёл?

– Куда?

– Собирать жёлтые лютики. Целый букет собрал. А потом оборвал лепестки и заправил ими картошку. Думаете это масло? Ничего подобного.

В горах готовят не на масле, а на цветах. Ясно?

– Ясно,- отзывались мы с набитыми ртами.

Картошка на лютиковых лепестках была невообразимо, бесконечно вкусной. Пока мы её доедали, папа сидел рядом и наблюдал ущелье. 

На ужин он крошил в мацун горбушку, посыпал сахарным песком, размешивал ложкой, рассказывал, что положил не сахар, а клевер – вы ведь знаете, какие у него сладкие зонтики, правда? Нет? Сейчас узнаете.

А ещё он учил нас стрелять растениями. Обернёт стебель вокруг мохнатого соцветия змеевика, дёрнет резко – и головка цветка летит стрелой. Это чтобы от волков защищаться, если они обступят нас со всех сторон.

Или же показывал, как плести ожерелья из хвоинок – прошёлся зубами по хвостику, чтобы он стал податливым, воткнул туда иголку – получилось звено. Поддел его второй хвоинкой, сомкнул в круг…

Ожерелья пахли смолой и дождём. Видно потому, что плели мы их в дождь, когда нечем было больше заняться.

А ещё папа учил нас играть пёстрой овсяницей в угадайку.

Спрашиваешь – петух или курочка? Потом плотно обхватываешь пальцами колосья и одним махом обрываешь. Если из пучка точит «пёрышко» – это петушок. Если пучок кругленький, значит это курочка. Угадавшему полагается ягода. Проигравшему – две. В утешение.

Такие вот вкусы-запахи. Такое детство. И такой папа.

Недавно составляла список, чему ещё не успела научить своего восемнадцатилетнего сына.

Первым пунктом значится грозное «показать, как стреляют соцветиями змеевика».

Материалы по теме
Подпишитесь на нашу рассылку
Мы будем присылать вам важные и лучшие материалы за неделю.
Вы сможете дополнительно настроить рассылку в личном кабинете.