Ты, да я, да мы с тобой

Ты, да я, да мы с тобой - слайд

Мы встречаем новый год семьей! И неважно, что в нашей семье всего два человека — я и ребенок.

До нового года еще жить и жить, а меня уже спрашивают, как мы с дочкой будем встречать новый год, снова вдвоем? Спрашивают осторожно, как бы боясь задеть, обидеть, с участием в голосе. А потом начинают успокаивать, что ну ничего, пандемия закончится, ребенок подрастет, квартира отремонтируется, деньги заработаются, и будут у тебя еще шумные праздники с гостями (или в гостях), не переживай, дорогая, все будет хорошо. 

— Да у нас и так все хорошо, мы всегда встречаем Новый год дома семьей, отвечаю я.

И неважно, что в нашей семье два человека — я и моя дочь.

Торт, блины и фрукты

На Новый год мы покупаем торт — красивый и вкусный. 30-го после обеда или 31-го утром идем в магазин его выбирать. Из магазина заходим на детскую площадку, и там дочка хвастается всем подряд, что у нас торт на Новый год. И удивляется, что, оказывается, другие люди торты в новогоднюю ночь не едят.

— Мама, а почему люди не едят торты в Новый год?

— Не знаю, может быть, потому что традиционно готовят много разных закусок? Когда я была ребенком, было принято на новогодний стол готовить очень много разных салатов.

— Салаты?! Не, ну это неинтересно!

Да, торт гораздо лучше, чем салаты, соглашаюсь я с ней.

Еще покупаем фрукты, какие хотим (и на сколько денег хватит). 

За закуски на столе отвечает дочка. Пару раз она делала канапе — дольки яблок и груш с сыром на зубочистке. А как-то делала просто сырно-фруктовую тарелку, или колбасно-овощную, по настроению.

За горячее отвечаю я. Или в духовке что-нибудь запеку, или мясо как-нибудь по-особенному потушу. В этом году почему-то хочу напечь блинов.

И будут у нас торт, блины и фрукты.

Шарики и мишура

А еще мы в декабре едем в большой супермаркет и покупаем там мешок разноцветных дешевых шариков и мишуры. И дочка увешивает ими всю квартиру. 

Украшать квартиру ребенок начинает с самого начала декабря. То наплетет километры цепей из цветной бумаги, то наделает бумажных фонариков, то нарисует с десяток плакатов или открыток и увешает ими стены. И елочка, как без елочки! Она у нас маленькая, искусственная, ставится на комод рядом с телевизором и обильно украшается теми же шариками, мишурой и дождиком. 

В этом году дочь еще просит адвент-календарь с окошками. Надо купить. Какой-нибудь с наклейками — она любит наклейки. Или с маленькими конфетками в окошках. Конфетки она тоже любит. И весь декабрь у меня не будет проблем поднять ребенка утром с постели...

И вот оно, 31-е...

И вот, 31 декабря, на улице начинает темнеть, ребенок наряжается, делает фейс-арт, прическу, и со всей силой своего нетерпения начинает меня трепать-торопить: мама, переодевайся, мама, давай накрывать на стол, мама, где у нас свечи и подсвечники, мама, а ты купила красивые салфетки, мама, а давай я выберу, что мы будем смотреть в телевизоре, мама, а что, пока Дед Мороз не принесет подарок, у нас не будет конфет, мама, ты меня слышишь, мама, отложи уже свой смартфон, займись ребенком, Новый год скоро! 

Гулять!

После полуночи мы идем гулять. Смотрим фейерверки на набережной. Если есть снег, вытаптываем в нем узоры. И совершенно счастливый ребенок то и дело кричит (вообще-то орет, но раз в год можно): “С новым годом!” Кто-нибудь откуда-нибудь, иногда невидимый, ей отвечает. Она смеется.

Возвращаемся. Пьем чай, достаем, наконец, торт. Едим торт, слушаем музыку, танцуем, смеемся, балуемся. Мы любим посмеяться вместе.

А потом вдруг она говорит:

— Мама, можно я в майнкрафт поиграю? А ты пока со стола убери. 

Убираю со стола, потихоньку переселяю дочку в постель. Она перебирается в мою со своим майнкрафтом, и я тихонько засыпаю рядом с ней, такой теплой и такой довольной жизнью и праздником…

А утром… 

А утром — возле елочки — пакет и коробка! Подарок от Деда Мороза!

— Мамаааа! Смотри!

— А может, сначала завтрак?

— А можно позавтракать остатками торта?

— Сегодня можно!

Мы едим торт, дочка высыпает сладости из подарка прямо на кровать и милостиво угощает меня конфетой, распаковывает очередную коробку лего, а рассказываю ей, как люблю утро 1 января.

— Почему любишь?

— Потому что именно сегодня приходит Новый год. Он ходит по планете, все еще спят, потому что развлекались всю ночь, везде пусто, он переживает, вдруг он уже больше никому не нужен, а тут мы завтракаем тортом. И я зову его: приходи с нами пить чай! 

— Мама, Новый год пришел уже давно, когда мы еще на детской площадке днем играли, на Дальнем Востоке, ты сама мне про часовые пояса рассказывала. И вообще много кто не спит уже, метро, например, с 6 утра работает.

Но несет третью чашку, наливает в нее чай, кладет на третье блюдце кусок торта. Для Нового года. Потому что никто не должен сегодня грустить.

Где здесь я?

Праздник с ребенком, конечно, получается в основном для ребенка. Но я ни за что не променяю эти праздники вдвоем на шумную компанию, на богатое застолье где-нибудь не дома и т.п. Наш с ней Новый год — это то, что нас объединяет. Это то, что она будет вспоминать о своем детстве. И то, что буду вспоминать я, когда она улетит в свою отдельную жизнь, и я буду покупать торт только самой себе.

А, впрочем, ну их, будущие воспоминания. Я рожала дочь осознанно, чтобы жить с ней и растить ее. Мне нравится быть ее мамой, и я в самом деле получаю удовольствие от общения с ней.

Но есть и еще кое-что...

В прошлом году семейного праздника у нас не получилось. Я встречала Новый год в ковидном госпитале под кислородом и дексаматезоном. А дочка в приемной семье. Там было хорошо — красиво, вкусно, заботливые и добрые взрослые, дети, котики, игры в снегу. Но там не было мамы. И был дикий, парализующий страх, что мамы не будет уже больше никогда. И поэтому нам обеим жизненно важно этот Новый год встретить своей семьей.

 

Материалы по теме
Подпишитесь на нашу рассылку
Мы будем присылать вам важные и лучшие материалы за неделю.
Вы сможете дополнительно настроить рассылку в личном кабинете.