«Часто бывает, что ребёнок начинает кричать, а ему кажется, что он поёт»


Как распознать и развить в ребёнке музыкальные способности


Анна Рыжкова поговорила с Ириной Богушевской, Кириллом Рихтером и другими известными музыкантами и композиторами о том, как у ребенка развивается слух, с какого возраста начинать слушать классику, какую программу подбирать в музыкальной школе, чтобы не надоело играть, и как найти своего «педагога-сенсея».


Сергей Жилин

пианист, композитор, руководитель музыкального коллектива «Фонограф»


В самом раннем возрасте нужно следить, как ребенок реагирует на звуки. Например, при лирической, спокойной композиции он может начинать качаться, расслабляться, потягиваться, а при громкой, ритмичной – активно двигаться. В таком случае стоит начать развивать в нем музыкальные наклонности. Еще часто бывает так, что ребенок начинает кричать, а ему кажется, что он поет. И если в этом случае родители сразу осекут его, то, скорее всего, ребенок в дальнейшем больше не будет пробовать петь. А если, опять-таки, поговорить с ним, подтолкнуть его к верным действиям («Сделай то же самое, но чуть тише, вот так…»), тогда во второй-третий раз он может действительно спеть, и в дальнейшем у него не будет комплекса по поводу своих вокальных данных.

Когда ребенок говорит, что ему не нравится заниматься, что он хочет бросить музыкальную школу, важно спокойно сесть, поговорить и понять причину. Если в процессе беседы окажется, что ребенку больше нравится рисовать, играть в шахматы или кататься на коньках, резоннее отдать его в соответствующую школу или кружок. Если же ему кажется, что музыка – это тяжело или просто «надоело», тогда следует искать вместе способы мотивации.

Подготовка профессионального исполнителя – это как подготовка чемпиона сначала городских, потом всероссийских, потом олимпийских игр. Профессиональная музыка – такой же спорт

Результат от занятий при рассеянном внимании, с нежеланием, будет в разы ниже. Потому лучше 20-30 минут заниматься с энтузиазмом, чем час-два – оглядываясь по сторонам. И потом, педагог должен чувствовать, когда стоит переключить внимание ребенка. Например, 15-20 минут занятий прошло, внимание начинает рассеиваться – хорошо, давай, отвлечемся: «Смотри, какая птичка за окном! Давай сделаем зарядку для пальчиков! А кто там у тебя в планшете – Смешарики?». И потом снова заниматься.

Многое зависит и от характера педагога. В мое время дети часто приходили к педагогам домой, потому что классы были заняты. И рассказывали потом, что «занятия» строились следующим образом: педагоги показывали – вот инструмент, вот вода, вот туалет, а после уходили и запирали ученика. Мол, сиди, занимайся. Другие рассказывали, что их линейкой по рукам били. Это, безусловно, непедагогичные методы, и я их не одобряю. Но подобные ситуации возникают чаще при профессиональном музыкальном становлении, когда дети занимаются в школе при Гнесинке, например, или ЦМШ (Центральная музыкальная школа при Консерватории им. П.И. Чайковского), а не в обычных детских музыкальных школах. Подготовка профессионального исполнителя – это как подготовка чемпиона сначала городских, потом всероссийских, потом олимпийских игр. Профессиональная музыка – такой же спорт. Заниматься нужно по пять-шесть часов в день – это в среднем, можно и больше!

Если родители не имеют никакого отношения к музыке, то лучше не вмешиваться в отношения педагога и ученика. Если же образование есть, хотя бы начальное, то возможно дискутировать с учителем, исключительно в рамках тех знаний, которыми обладает родитель. Здесь история, как с боевыми искусствами: нужно найти для ребенка своего педагога, своего сенсея, который бы вел его, развивал и помогал совершенствоваться. Но таких талантливых педагогов, к сожалению, не так много.

Ирина Богушевская

певица, композитор, автор интерактивного музыкального проекта «Детская площадка»


У всех взрослых разное представление о хорошем, поэтому есть дети, которые в три года поют песню «О Боже, какой мужчина». Я своими глазами видела такую девочку, и для меня, конечно, это неприемлемо. По-настоящему хорошей музыки невероятное количество. В России очень сильна академическая школа, поэтому с абонементами классической музыки для детей у нас всё прекрасно обстоит. Есть концерты, на которых маленьким слушателям играют органную музыку, рассказывают о разных музыкальных инструментах. И залы полные.

Маленький ребенок не способен просидеть спокойно в кресле больше 10-15 минут, и когда в концертном зале от него требуют полной неподвижности даже в течение 45 минут, это негуманно. Ребенок воспринимает музыку всем телом, он должен двигаться. Но есть определенные требования к поведению в общественных  местах, поэтому родители могут в каком-то более щадящем режиме начать знакомить маленьких детей с классикой. Например, если дети сидят в комнате и играют, включите им Моцарта. Пусть эта музыка будет фоном для его обычных занятий, тогда все произойдет легко и естественно.

Я часто на море вижу детей, которых, визжащих и плачущих, тащат в воду, чтобы они купались, — это издевательство. Как в плаванье, так и в музыке – всё должно быть мягко, нежно и с уважением к ребенку. Мы у себя на концертах «Детской площадки» разрешаем детям вставать со своих мест, танцевать, разве что лезть на сцену дети не могут (там аппаратура под напряжением). Нельзя делать детей пассивными заложниками классики.

Если вы видите, что ребенок с удовольствием реагирует на музыку, что он вовлечен, когда вы ему ставите разные записи, а если в гостях есть пианино, и он подходит к нему и нажимает клавиши, стоит подумать о музыкальной школе

Интерес ребенка к музыке, как правило, легко заметить. Когда у нас была презентация первого альбома «Детской площадки», и мы пели «Песню колобка» Андрея Усачева, вдруг мой семилетний сын спустился вниз с десятого ряда, вышел на сцену, взял микрофон и сказал: «Я знаю эту песню, я могу ее спеть». Я очень растерялась. Зал захлопал, а он вообще не репетировал. Просто слышал эту песню только дома, когда мы тренировались. Моя пианистка начала играть, он замечательно спел первый куплет, потом немного сбился, потому что не знал, что есть проигрыш, прекрасно закончил, поклонился, подарил себя людям и ушел. Я была в шоке, думала, что вырастила какого-то нарцисса.

Если вы видите, что ребенок с удовольствием реагирует на музыку, что он вовлечен, когда вы ему ставите разные записи, а если в гостях есть пианино, и он подходит к нему и нажимает клавиши, стоит подумать о музыкальной школе. Квалифицированные педагоги на прослушивании точно скажут вам, как развит слух ребенка и как следует заниматься. Хорошо, когда родителю хватает не только терпения, но и такта для того, чтобы не переломить интерес через колено. Некоторые впадают в крайности и очень жестко заставляют сидеть за инструментом по несколько часов. Тогда ребенок заканчивает музыкальную школу, кидает диплом родителям и говорит: «До свидания, я больше не притронусь к этому вашему инструменту!».

Конечно, мы не можем стать успешными ни в одной области, не прикладывая к этому труда. Нужно уметь делать какие-то вещи «через не могу». Но бывают моменты, когда лениво, когда нужно отвлечься. Тогда родитель должен мягко провести ребенка через кризисные моменты «не хочу, не буду» и не отбить желание играть. Иначе ребенок просто уйдет в отказ. То же касается и выступлений. Надо говорить: «Ты знаешь, у тебя на занятиях все получалось, у тебя же может и на сцене всё получиться! Просто попробуй сыграть так, как ты играл в последний раз». Если ребенок уверен, что его ценят не за медальки и грамотки, а просто таким, какой он есть, тогда у него есть серьезная опора и большой ресурс для свободного творчества. Не вешайте на ребенка груз своих ожиданий.

Михаил Казиник

скрипач, искусствовед


Как соединить ребенка и музыку? Однажды ко мне обратилась женщина: «Моего ребенка не приняли в музыкальную школу, сказали, что у него нет слуха». «Да? А ребенок здесь? Сейчас вы увидите, как у него нет слуха», — отвечаю я.  Если преподаватель смотрит, попадает ли ребенок в ноты, это самая старейшая методика определения слуха. Ребенок слышит звук! Просто пока не может управлять своим голосом так, чтобы взять ноту чисто, просто не может воспроизвести. Для начала попробуйте поговорить с детьми в тональности. Необязательно строго повторять ноту «до», это не признак плохого слуха. Всегда сначала развивается слух гармонический.

Дети, рождаясь, уже готовы воспринимать эту гармонию. И если мы даем им такую возможность, совершаются чудеса. Величайший ученый Альберт Эйнштейн играл на скрипке. Играл так хорошо, что мог бы стать  известным скрипачом, если бы не был величайшим физиком. Случайность, скажите вы. Но рядом с Эйнштейном был и другой ученый, Макс Планк. Он играл на рояле, да так, что никак не мог выбрать, куда пойти учиться: в консерваторию или все-таки в университет, заниматься физикой и математикой. Все-таки выбрал второе, но продолжал играть, и они вместе с Эйнштейном исполняли Моцарта. Еще один случай — Григорий Перельман. Он тоже не мог определиться — идти в Ленинградскую консерваторию по классу скрипки или на механико-математический факультет.

Если вы хотите, чтобы ваш ребенок сделал первый шаг к Нобелевской премии, начинайте не с физики и химии, а с музыки

Неужели теперь всех надо отдавать играть на музыкальных инструментах? И да, и нет. Да, потому что если появится замечательный педагог, с которым ребенок найдет общий язык, если ребенок полюбит играть, будет просто замечательно. А нет, потому что слушание музыки требует такой же гениальности, как и исполнение.  Неслучайно в античном мире было семь свободных искусств, и самой главной дисциплиной была музыка. Потому что в ней есть вся математика, в ней есть формулы, есть эмоция, энергия и красота. Дорогие мамы, папы, бабушки и дедушки. Если вы хотите, чтобы ваш ребенок сделал первый шаг к Нобелевской премии, начинайте не с физики и химии, а с музыки.

Кирилл Рихтер

композитор


Хорошо, когда музыка присутствует в жизни ребенка, потому что это помогает легче освоить разные навыки. Например, люди с музыкальным детством очень часто становятся амбидекстрами, то есть симметрично владеют обеими руками, что влияет на развитие мозга, особенно в раннем возрасте. Я бы всех отдавал учиться музыке, но только так, чтобы дети не мучились. Можно заниматься с преподавателем индивидуально, можно не готовиться к конкурсам. Плохо, когда музыка становится просто еще одной образовательной повинностью.

Если вы хотите, чтобы ребенок занимался музыкой для себя, то начинать можно и в шесть, и в 12 лет. А если взращивать молодого Горовица, то важно сразу понять: не из каждого вырастет Горовиц. Но чем раньше ребенок пойдет учиться музыке в таком случае, тем лучше. Главное — сделать так, чтобы к 20 годам этот маленький человек со своей блестящей техникой совсем не расхотел заниматься. Мне кажется, с ребенком нужно вести себя как со взрослым — не заставлять делать то, чего он не хочет, а окольными путями привлекать внимание к музыке. Надо быть готовым, что сначала занятия могут вызвать даже полное отторжение, если постепенно, в форме игры, не вовлекать ребенка в процесс. Например, водить на концерты, где ты, как взрослый, объективно осознаешь, что инструментальная музыка — это круто.

Я ходил на дом к преподавательнице, совсем недолго. Потом был большой перерыв, и на любовь к музыке это повлияло только положительно. Я смог закончить экстерном музыкальную школу, за один год (но это, скорее, исключение, не советую пробовать на детях). Вне музыкальной школы я был лишен необходимости играть Гайдна и Моцарта, в раннем возрасте они казались мне скучными, и понятно почему. Такую музыку начинаешь понимать уже позже, имея какой-то музыкальный опыт. Даже в 15 лет подросток, который не рос в музыкальной семье, еще не состоянии полностью такую музыку понять. Я очень любил Грига, играл много произведений из кино, и момент, когда начинает получаться легко узнаваемая музыка, меня больше всего, наверное, радовал. Конечно, без дисциплины нельзя, но если составлять программу из произведений, которые нравятся ребенку, гораздо больше шансов, что он не бросит занятия.

Если вы хотите, чтобы ребенок занимался музыкой для себя, тогда начинать можно и в шесть, и в 12 лет. Чем раньше ребенок пойдет учиться музыке, тем лучше. Главное — сделать так, чтобы к 20 годам этот маленький человек со своей блестящей техникой совсем не расхотел заниматься

Я часто выезжал на том, что мог выучить программу в последнюю неделю. До этого — весь дневник в красных надписях: «Не выучил пальцы!». Я очень большой лентяй и прокрастинатор, я занимаюсь каким-то делом только потому, что в этот момент могу не делать что-то более важное. Надо просто найти то, что действительно интересно. Если ребенок не хочет быть инструменталистом, почему бы ему не попробовать себя в вокале? Только, ради бога, не отправляйте детей на конкурсы, где их превращают в лицемерных персонажей.

Год от года уровень контроля на сцене увеличивается, но избавиться от волнения полностью не получится. Моя преподавательница устраивала нам «полосы препятствий», махала перед нами занавесками, как будто это прожекторные лучи, всячески пыталась нас отвлекать, чтобы во время игры мы учились не сбиваться. Я думаю, лучше сказать ребенку, что от качества исполнения на самом деле ничего не изменится, что нужно просто успокоиться и получить удовольствие, хотя в детстве это очень сложно осознается. И каждый раз похвалить в любом случае! Потому что на сцене чувствуешь себя очень беззащитным.

Татьяна Ланская

оперная певица, художественный руководитель благотворительного фонда Belcanto


У нас есть интерактивные музыкальные программы, на которые детей приносят в возрасте от четырех месяцев. И когда эти дети возвращаются к нам в два года, они уже подготовлены слушать произведения разных жанров и гораздо легче воспринимают музыкальный материал. В пространстве Дарвинского музея и Музея имени Пушкина очень много детей от двух до четырех лет. Сейчас эпоха визуалов, без картинки сложно что-то воспринимать, поэтому у нас любая музыкальная сказка, которая сопровождается только классической музыкой, проиллюстрирована разными видами анимации. Не могу сказать, что дети любят только благозвучную музыку, в наших программах не только Вивальди и Моцарт. Как раз в раннем возрасте ребенок способен воспринимать самую разнообразную музыку. Главное — чтобы она несла в себе какую-то степень образности. Самое сложное для детей — монотонность.

Если ребенок день и ночь поет, если невольно тянется к музыкальным инструментам, наверное, это первые признаки того, что он хотел бы заниматься музыкой. Но, по большому счету, учиться не любит никто: все хотят сразу играть, сразу петь, сразу сочинять и дирижировать. Поэтому важно показывать ребенку яркие примеры, у кого получилось добиться успеха, ставить цели и постепенно, маленькими шагами к ним идти. Но если говорить о детях с перспективой играть профессионально, то это такие люди, которых невозможно заставить не заниматься.

Учиться не любит никто: все хотят сразу играть, сразу петь, сразу сочинять и дирижировать. Поэтому важно показывать ребенку яркие примеры, у кого получилось добиться успеха, ставить цели и постепенно, маленькими шагами к ним идти

На музыкальном конкурсе маленького пианиста еле-еле отрывают от листка с цветным карандашом, чтобы он вышел на сцену играть. Понаблюдайте за один и тем же ребенком. Чем старше он становится, тем больше трясется перед выступлением. Бывает и фатальный страх публики, тогда лучше продолжать занятия, но не ставить перед ребенком цель выступать. Может быть, он просто не способен к публичности. Мой педагог окончила консерваторию, и её педагог тоже. Были профессорами, выпустили огромное количество талантливых музыкантов, но ни та, ни другая не смогли петь на сцене. Преодоление — не всегда правильная позиция.

Ребенок, который занимается музыкой даже просто для себя, совсем по-другому воспринимает действительность. Он наблюдает, как из правой и левой руки вырастают аккорды, как складывается полифония, он в своих руках собирает произведение, слышит, это развивает мозг и его творческие возможности — кем бы потом человек ни работал.

Подпишитесь на нашу рассылку
Мы будем присылать вам важные и лучшие материалы за неделю.
Вы сможете дополнительно настроить рассылку в личном кабинете.