История одной матери: Нина Церетилова против патриархата

История одной матери: Нина Церетилова против патриархата - слайд

© Фото lovva.nina/instagram

Травля, насилие и похищения детей

Одно из самых резонансных дел последнего времени — тяжба о детях Нины и Магомеда Церетиловых из Дагестана.

Этот процесс как будто обнажил весь ужас, происходящий с женщинами на Кавказе. Оказалось, что после развода мужчина, систематически избивавший жену и годами не плативший алименты, может получить право опеки. И общество поддержит его — ради того, чтобы дети не остались с якобы аморальной матерью (аморальность которой заключается в том, что она носит пирсинг, а не хиджаб). Рассказываем историю Нины в нашем профайле.

Нежеланная дочь

Нина родилась в 1987 году в Тверской области, в Вышнем Волочке. Ее мама — русская, а папа — аварец из Грузии, мусульманин. Папа женился на маме, когда той было 16 лет. Почти сразу после замужества женщина родила старшего брата Нины. Когда мама поняла, что всего через несколько месяцев после родов забеременела снова, она стала таскать тяжести, пить какие-то таблетки и пыталась сделать все, чтобы у нее случился выкидыш.

«Но у нас в семье у всех хорошее женское здоровье. Я всегда знала, что я нежеланный ребенок, нелюбимая дочь. У кавказского мужчины должно быть семеро сыновей и ни одной дочери. Отец и его родня навязали это отношение маме, которая сама еще была практически ребенком», — рассказывает Нина в интервью «Новой газете». До шести лет девочку в основном воспитывала бабушка (мамина мама), жили они в небольшом поселке недалеко от Вышнего Волочка, а родители со старшим братом уехали в Грузию.

/

У кавказского мужчины должно быть семеро сыновей и ни одной дочери.

Отец все же пытался приобщить дочь к вере и традициям своего народа. В шесть лет отправил ее в родное село, где по местным обычаям девочкам делали обрезание. «Это полная антисанитария, это не врач, это ржавые ножницы, это унижение», — вспоминает Нина о процедуре в фильме Марфы Смирновой «Снявшие хиджаб» (фильм был создан для телеканала «Дождь», внесенного теперь в «реестр иноагентов»).

Благодаря выходу того фильма о судьбе Нины осенью 2020 года узнали многие зрители за пределами Дагестана. Но после публикации видео на YouTube Церетилову (как и других героинь фильма) начали травить.

Фильм быстро разошелся во многих дагестанских пабликах и общественность посчитала, что Нина — с ее яркими волосами и нарядами, пирсингом и отказом носить хиджаб — позорит республику. Какое-то время ей даже пришлось передвигаться по городу в парике и с охраной. Некоторые правозащитники тогда говорили, что фокус фильма был сделан на противоборстве религии, хотя на самом деле смысл его был рассказать о том, что в Дагестане повсеместно нарушаются права женщин, права детей, права человека.

Юность в Буйнакске и замужество

В 12 лет родители отправили Нину в Буйнакск, учиться в исламском университете. Сама Нина считает, что это было сделано для того, чтобы она не опозорила отца, начав встречаться с каким-нибудь русским парнем. К этому времени отношения между родителями Нины ухудшились. В Буйнакске Нина стала носить хиджаб, хотя как такового перехода в мусульманство она не помнит (в детстве Нину крестили).

Когда ей было 13 лет, она познакомилась со своим будущим мужем Магомедом Церетиловым. Ему было уже 18 лет, он был имамом в мечети. У молодых людей началась переписка. Четырнадцатилетнюю девочку быстро засватали. К тому моменту Нину тяготила жизнь с родителями, и она решила, что пора заводить собственную семью. Свадьбу сыграли только в 2006 году. Родители мужа сняли молодоженам дом и помогали финансово. Магомед не работал, из-за этого между супругами росло напряжение, и со временем Церетилов стал избивать Нину.

Через шесть лет, будучи беременной третьим ребенком, Нина ушла от мужа, хотя многие родственники и уговаривали ее дальше терпеть побои. По словам Нины, она ушла потому, что Магомед признался, что ему доставляло удовольствие причинять ей физическую боль.

После расставания Нина с нуля начала свой бизнес. Она и раньше занималась торговлей, а потом открыла собственный магазин нижнего белья — в фильме «Редакции» «Кавказские пленницы» есть несколько кадров из этого магазина.

Пока женщина занималась предпринимательством, ее дети — Марьям, Мухтар и Ибрагим — часто жили с бабушкой и дедушкой (родителями ее бывшего мужа) в Буйнакске. Нина регулярно приезжала к детям. Она не запрещала им общаться с отцом, но Магомед, по словам Церетиловой, совершенно не интересовался детьми.

В 2016 году Нина закончила ремонт в новой квартире в Махачкале и смогла перевезти к себе всех детей. В том же году она официально развелась с мужем. В 2017 году она сняла хиджаб.

/

Нина ушла от мужа, хотя многие родственники и уговаривали ее дальше терпеть побои.

Алименты и ремень

В 2018 году Нина подала в суд с требованием взыскать с бывшего мужа алименты, которые он не платил ей с 2016 года. Вскоре Магомеда Церетилова, который на тот момент жил с новой женой в Москве, остановили сотрудники ГИБДД — он был лишен водительских прав, ему запретили выезд за границу и на него завели административное дело за неуплату алиментов. К 2020 году его долг перед Ниной составил 800 тысяч рублей (а в настоящий момент долг уже превышает 950 тысяч).

Вместо того, чтобы заплатить деньги бывшей жене, Магомед, видимо, решил обратиться к популярной на Кавказе схеме ухода от выплаты алиментов. Он выкрал детей — в январе 2020 года забрал их из дома Нины без спроса (и без курток, хотя на улице было холодно). Церетилова позвонила в полицию, и детей вернули.

С тех пор продолжались странные истории: Магомед регулярно требовал встреч с детьми. Как-то Нина оставила ему детей на выходные, но вечером в воскресенье он вернул только мальчиков. Марьям нашли в районе школы с незнакомыми людьми. Нина, обычно не применявшая телесных наказаний в отношении детей, в тот вечер три раза ударила дочь ремнем по ногам, и на следующее утро девочка сбежала к отцу в пижаме (Церетилова написала пост, в котором признавала свою вину). Этот инцидент — а Церетилова получила за него административное наказание — Магомед будет впоследствии использовать против нее в суде.

После того случая Нина подала в суд Махачкалы иск об установлении места жительства детей и порядке их общения с родителями. Церетилова принесла в суд в качестве доказательств того, что она заботится о детях, грамоты и квитанции с оплатой детских вещей. Магомед принес нарезку видео из инстаграма Нины — чтобы доказать ее аморальность наличием у нее татуировок и пирсинга.

Он и журналистам говорил, что дети нервно восприняли смену имиджа Нины после того, как она сняла хиджаб: «Они постоянно жаловались, что стесняются маму. Старший четырнадцатилетний сын переживал больше остальных, терпя насмешки в школе. Я звонил Нине и просил прекратить все», — рассказал он изданию «Комсомольская правда».

Первый суд

Осенью 2020 года Кировский районный суд Махачкалы признал, что детям Церетиловой будет лучше жить с отцом (у которого на тот момент уже было две других жены и трое новых детей). Это вполне соответствует традиции ставить семью мужа в иерархии выше семьи жены и «наказывать» женщину за развод разлукой с детьми.

Причина была якобы в том, что действия Нины не соответствовали «нормам и правилам поведения многодетной матери» (хотя такое понятие и не зафиксировано в российском правовом кодексе).

«Почему проколотый нос вдруг стал свидетельствовать о том, что она плохая мать? Какое дело судье до ее татуировок? Я не поняла связи между отдельными деталями ее внешности и общим выводом», — комментирует дело Нины правозащитница Светлана Анохина, которая уже много лет помогает пострадавшим от домашнего насилия и бесправия на Кавказе. Многие ждали от Нины, что она придет на суд в платке, чтобы не «провоцировать» чиновников, но Церетилова этого не сделала.

Адвокат Магомеда во время заседания показывал Нине средний палец. Он намекнул женщине, что детей ей, возможно, придется искать в Чечне.

Пока решение суда не вступило в силу, дети могли жить как с матерью, так и с отцом. Но 14 декабря 2020 года Магомед во второй раз похитил у Нины детей. Церетилова попыталась обжаловать решение суда в высшей инстанции.

/

Многие ждали от Нины, что она придет на суд в платке, чтобы не «провоцировать» чиновников.

Новый суд и возвращение детей

24 марта 2021 года Верховный суд Дагестана вынес новое решение о том, с кем имеют право проживать дети Церетиловых — на сей раз решение было вынесено в пользу Нины. Но детей матери вернули не сразу — хотя поспособствовать этому процессу обещал даже глава СПЧ Валерий Фадеев. Бывший муж Церетиловой прятал детей у собственных родителей в Буйнакске. 8 апреля 2021 года неизвестные люди попытались вывезти детей Нины через Чечню в Москву (там предположительно находился в этот момент Магомед и его новая жена).

Организация МБХ-медиа внесена Минюстом РФ в «реестр СМИ, выполняющих функцию иностранного агента».

10 апреля 2021 года свекор Нины, Ахмед Церетилов показал приставам видео, на котором дети говорили, что к маме они не хотят. Ахмед при этом уверял, что последует решению суда и отдаст Нине детей. Он даже подготовил специальную расписку об этом, но потом попросил дать ему некоторое время, чтобы попрощаться с детьми и собрать их вещи. Когда через три дня Нина приехала забирать детей от дедушки, их уже не было дома.

Воссоединение

Через несколько недель Нине все же удалось воссоединиться хотя бы с одним ребенком. В июне 2021 года ей удалось забрать к себе старшего сына. Она не раскрывала подробностей произошедшего, но сказала журналистам, что все было похоже на «шпионский боевик». С четырнадцатилетним подростком начали работать психологи.

16 июля 2021 года суд в Махачкале удовлетворил еще один иск Церетиловой — об ограничении в родительских правах ее бывшего мужа. Практически сразу после победы в суде старшего сына Церетиловой снова украли — на момент похищения мальчик находился в Санкт-Петербурге вместе с братом Нины (на него была оформлена доверенность, так как женщине приходилось все время летать на суды в Махачкалу). Похищение, по мнению Церетиловой, было организовано Магомедом с помощью третьих лиц.

В конце июля 2021 года судебные приставы прибыли в дом Церетилова в Буйнакске, чтобы забрать у него детей. Но процедура передачи была сорвана. Адвокат ее бывшего мужа утверждает, что дети сами отказались уезжать с матерью. По мнению Нины, передача не состоялась из-за бездействия приставов.

В августе 2021 года бывший муж спустил Нину с лестницы, когда она попыталась увидеться со своими детьми. «Сначала Магомед Церетилов сбросил меня с лестницы, а потом меня стал пинать его отец, — рассказала женщина изданию „Такие дела“. — Пытаясь защититься, я вырвала пуговицу на рубашке свекра. Тот эту рубашку полностью разорвал у себя на груди, чтобы выставить, как будто я на него напала. Меня на скорой увезли в больницу, есть подозрение на сотрясение [головного мозга]».

И хотя, по словам Нины Церетиловой, всю сцену с избиением видела соседка Магомеда, когда приехала полиция, та женщина сказала, что это Церетилова начала драку.

Вернуть детей (надеемся, окончательно) Нине удалось только в октябре 2021 года. В дело вмешались чеченские приставы, когда выяснилось, что Магомед действительно вывез детей в Чечню. Поскольку Церетилов не явился на вторые исполнительные действия, которые были назначены на 7 октября, детей объявили в розыск. 13 октября Нину вызвали в Грозный и передали ей Марьям, Мухтара и Ибрагима. Все последние месяцы искать детей Нине также помогали волонтеры — которых, как и саму женщину, травили и преследовали.

Год без мамы и без школы

Все то время, пока дети находились у отца или у дедушки, они не посещали школу. На вопрос журналиста «Комсомольской правды» про их учебу, Магомед Церетилов ответил: «Я уберегаю их от стресса. Сейчас они психологически восстанавливаются». В данный момент Нина Церетилова планирует нанять детям репетиторов, чтобы они смогли подтянуть школьную программу. Особенно это касается старшего сына — ему в конце этого года предстоит сдавать экзамены за девятый класс.

В сторис Нину сейчас спрашивают, сколько времени ей по опыту потребуется на восстановление отношений с детьми. Она честно отвечает, что не знает, потому что такого опыта у нее еще нет.

Пока Нина может праздновать свою победу, сотни других пострадавших от домашнего насилия на Кавказе продолжают свою тяжелейшую борьбу за право не отдавать детей семье мужа после развода. Теперь у них хотя бы есть один позитивный пример — пример суда, который встал на сторону матери, и пример женщины, не побоявшейся пойти войной против замшелых устоев.

Материалы по теме
Комментарии 0
Подпишитесь на нашу рассылку
Мы будем присылать вам важные и лучшие материалы за неделю.
Вы сможете дополнительно настроить рассылку в личном кабинете.