How do you do, fellow kids? Письмо главреда

How do you do, fellow kids? Письмо главреда - слайд

© Коллаж Кристины Савельевой

Воскресная колонка Лены Аверьяновой

Когда я была ребенком и начинающим подростком, моим основным увлечением была музыка (наверное, во многом это до сих пор так). В восемь лет я услышала «Наутилус помпилиус» и на девятый день рождения затребовала двухкассетный магнитофон.

В 11 я влюбилась в группу Nirvana, в 14 — в Placebo, в 15 — в Silverchair, в 18 — в Патрика Вульфа и Maximo Park. В 22 в — Joy Division.


Музыка всегда была со мной — и мне очень хотелось, чтобы мои взрослые не просто одобряли мои интересы, но и хоть что-то в них понимали.


Так что в тот день, когда моя мама спросила меня: «Это вот эта вот австралийская группа, которая тебе нравится?», а моя бабуля ответили ей: «Это не австралийская группа, а британская. Но да, ей нравится и австралийская тоже», я решила, что я буду как моя бабуля.

Я буду не только номинально поддерживать своего ребенка в его хобби и любви к каким-то видам искусства, но и проникнусь ими, научусь всех их отличать и буду щеголять своими знаниями перед ее ровесниками, вызывая у них приступы благоговейного восторга.

Но в реальности я скорее похожу на персонажа мема «Йо-йо-йо, сноуборд, дискета!» или How do you do, fellow kids?, когда мой ребенок пытается рассказать мне что-то о том, что ее прямо сейчас интересует. К счастью, она еще маленькая, и всяких странных вещей типа кей-попа и музыки Моргенштерна пока нет, но за Among Us мне уже не угнаться.

И это одновременно грустно и смешно — особенно с учетом того, что мы в Cj очень много работаем с темой подростков и их увлечений. Мы скрупулезно пытаемся собрать портрет современного подростка — узнаем, что он чувствует, из чего состоит, что его беспокоит и чем он дышит.


И все это похоже на попытку поймать тот самый teen spirit, про который пел Курт Кобейн (да-да, я знаю байку про марку дезика, но вы же понимаете, о чем я).


Конечно, все мы и сами были подростками, но вспомните себя в то время — какими смешными казались взрослые, которые делали вид, что они нас понимают!

Но все же, думаю, именно этого всем нам и хотелось — чтобы нас понимали. В этом и самая засада подросткового периода: когда тебя все бесит, но так хочется на ручки!

Поэтому я так трепетно отношусь к теме подростков — мне кажется, ей надо уделять не меньше внимания, чем вопросам колик, прорезывающихся зубов и первых возрастных кризисов. Быть подростком — это быть младенцем в большом мире: ты больше не в маминых объятиях, ты свободен, но понятия не имеешь о реальном размере этого огромного мира, в который ты так рвался. И вот ты стоишь на краю пропасти во ржи — наслаждаясь возможностью вдохнуть полной грудью, но боясь сделать шаг туда, где все такое незнакомое.


Мой ребенок растет — и я все ближе ощущаю это дыхание пубертата.


Вчера она, например, уселась на пол около своей спальни, борясь с какими-то сложными чувствами — желание привлечь к себе внимание, показать себя, но и спрятаться, уткнуться в меня и мужа. И ох, как же тяжело быть ребенком! А каково подростком! С ума сойти, через что им приходится проходить — и увы, в том числе через обесценивание и пренебрежение взрослых.

И как же здорово, что вокруг появляется так много всякого подросткового контента — от сериалов Sex Education (кстати, третий сезон вышел) и «Эйфория» (хотя оба обвиняют в неправдоподобности, мол, это для вас, бумеры, а мы не такие) до подросткового стендапа «Кот Бродского».

Я рада, что подростки становятся видимыми сами по себе, а не только как объект изучения и препарирования педагогами, психологами и родителями.

Так что я стремлюсь к тому, чтобы быть как моя бабуля — и искренне поддерживать и переживать за подростков.

И вы подтягивайтесь!

Обнимаю!

Главред НЭН

Лена Аверьянова

Материалы по теме
Комментарии 0
Подпишитесь на нашу рассылку
Мы будем присылать вам важные и лучшие материалы за неделю.
Вы сможете дополнительно настроить рассылку в личном кабинете.