Почему дети себя ужасно ведут? Объясняет профессор психологии

Почему дети себя ужасно ведут? Объясняет профессор психологии - слайд

Отрывок из новой книги ведущего канадского специалиста

В скором времени в издательстве «Попурри» выйдет книга Стюарта Шенкера «Саморегуляция. Как помочь ребенку (и себе) справляться со стрессом». По мнению ученого, любому — даже самому странному и тревожащему — поведению ребенка есть объяснение. И чтобы помочь взрослым интерпретировать те или иные реакции детей (да и самих себя), он вместе с коллегой Терезой Баркер написал свою книгу. С разрешения издательства мы публикуем из нее отрывок.

Заняться биологической сферой — значит навсегда изменить взгляд на поведение своего ребенка, и на собственное поведение тоже! Это значит переключиться с «вертикальной» (авторитарной) позиции управления поведением, подразумевающей, что ребенок должен беспрекословно подчиняться взрослому, на «горизонтальную» (демократическую) позицию понимания поведения.

Суть последней состоит в том, чтобы вместо попыток контролировать или пресекать «трудное» поведение остановиться и подумать, не является ли оно признаком гипо- или гипервозбуждения, и, если является, выявить и нейтрализовать провоцирующие это состояние факторы.

Другими словами, коммуникация между родителем и ребенком должна быть двусторонней, как и нервное возбуждение, которое они оба испытывают. Мэри и Роузи служат идеальным примером такого случая.

Мэри и Роузи

Мэри с трудом сдерживала слезы, рассказывая мне о своих проблемах с десятилетней дочерью. Роузи не хотела слушать никакие разумные доводы: что бы ей мать ни сказала, все заканчивалось тем, что они «лаяли» друг на друга, Роузи психовала и потом часами дулась. Однажды Мэри даже написала дочери письмо, чтобы объяснить, почему ее тревожили эти гневные тирады, но позже нашла его на кухонном столе разорванным на мелкие клочки.

Проблемы, из-за которых между Роузи и ее матерью постоянно вспыхивали ссоры, сводились к типичному списку родительских жалоб, главным образом бытового характера. «Она не идет ужинать, когда я ее зову, — сказала Мэри. — Или ничего не ест, когда наконец приходит. Или не надевает то, что я ей подготовила. Но самые сильные скандалы всегда происходят вечером, перед отходом ко сну, и почти всегда на пустом месте». Так, всего несколько дней назад Роузи подняла крик, что Мэри убрала ее комнату и передвинула все ее вещи. А Мэри в тот день даже не заходила в комнату Роузи.

Я спросил у Мэри, как она реагировала на такое поведение. «Я сказала ей, что не собираюсь это терпеть. Что если она не перестанет на меня кричать, то на неделю останется без планшета. Потом был месяц! А потом, после очередного скандала, я сказала, что верну планшет в магазин!»


На мой вопрос, действительно ли она забирала на следующий день планшет, Мэри потупилась и смущенно ответила: «Ну, она вела себя намного лучше, поэтому я разрешала его оставить».


Заключалась ли проблема в непоследовательности Мэри? Возможно, Роузи знала, что мать все равно не исполнит свои угрозы? Как бы то ни было, ни угрозы, ни мольбы, ни наказания, ни поощрения не помогали изменить поведение девочки, и ее отношения с матерью только ухудшались.

Первое, что рекомендует нам в подобной ситуации методика Self-Reg, — это задаться вопросом, связана ли данная проблема с дисциплиной. С каким поведением мы имеем дело: плохим или стрессовым? Это существенное отличие.

Плохое поведение и стрессовое поведение

Концепция плохого поведения фундаментально связана с концепциями волеизъявления, выбора и сознательности. Предполагается, что ребенок сознательно решил поступить определенным образом, при этом он мог поступить иначе — и даже знал, что ему следует поступить иначе.

Концепция стрессового поведения, напротив, базируется на физиологии. Имеется в виду, что в состоянии стресса ребенок не отдает себе отчета в своих действиях и не способен принимать рациональные решения. Он нападает на вас (словесно, если не физически) или замыкается (эмоционально, если не физически), потому что его нервная система, подстегиваемая чувством опасности, переключается на режим «бей или беги».

Существует несколько простых способов отличить плохое поведение от стрессового. Спросите ребенка, почему он поступил так-то и так-то. Если он вам объяснит — независимо от доводов, — то, скорее всего, он знал, что делал. Или попросите ребенка сказать, что он не знал, что поступает неправильно, и понаблюдайте за его реакцией.


Если у него на лице появится выражение замешательства, страха, гнева или глубокого страдания, если ваш ребенок отводит глаза или ему трудно даже просто на вас взглянуть, это свидетельствует о перевозбуждении или стрессовом поведении.


Понимать разницу между плохим и стрессовым поведением очень важно, потому что если вы примените технику кнута и пряника к стрессовому поведению, то можете усугубить ситуацию, повысив стрессовую нагрузку ребенка. Кроме того, вы упустите возможность помочь своему ребенку развить тип самосознания, необходимый для формирования саморегуляции.

Инцидент с майкой: сдержанность вместо властности

Казалось очевидным, что Мэри описывала стрессовое поведение. То, что Роузи была глуха к разумным доводам и начинала вести себя иррационально, а потом с трудом помнила, что она говорила или делала во время бурных ссор, говорило о реакции «бей или беги». Поэтому вместо того, чтобы пытаться «образумить» дочь, Мэри следовало сначала снизить уровень ее нервного возбуждения, а уже потом выяснять причины этих нервных срывов.


Я порекомендовал Мэри в следующий раз избегать дисциплинарных угроз — и разумных доводов тоже.


«Не пытайтесь ничего объяснять, — сказал я ей. — Вместо этого сделайте несколько глубоких вдохов-выдохов и расслабьте шею и плечи. Выключите свет, сядьте или лягте рядом с Роузи и мягко погладьте ее по голове, или по руке, или по спине. Если вам захочется что-нибудь сказать, просто скажите своей дочери, как сильно вы ее любите. На следующий день, когда она успокоится, можете вернуться к тому, о чем вы хотели поговорить вечером».

Через пару дней Мэри выдалась возможность опробовать новый подход. Роузи попросила купить ей красную майку, потому что все девочки в классе носили красные майки. В магазине не оказалось красной майки нужного размера, поэтому Мэри купила серую и отдала ее дочери, когда та пришла домой со школы. Взглянув на майку, Роузи не произнесла ни слова, но вечером обрушилась на Мэри с криками: «Как ты могла купить мне серую майку? Она ужасная! Ты никогда не делаешь то, что я тебя прошу. Я тебя ненавижу!»

Мэри чуть не огрызнулась. Но на этот раз она сдержалась и сделала несколько медленных, глубоких вдохов и выдохов. На этот раз вместо попыток объяснить, почему она купила серую майку, а не красную, или читать нотации, Мэри мягко ответила, что они поговорят об этом завтра. Прервав нараставшую у обеих злость, она вышла из комнаты и постаралась успокоиться. Почувствовав себя лучше, она вернулась к дочери, легла рядом с ней и погладила ее по спине, как это нравилось Роузи. В считанные минуты Роузи успокоилась, а перед тем, как уснуть, обняла Мэри и пробормотала: «Я тебя люблю, мамочка». На следующее утро, когда Мэри собиралась сказать, что после школы они вместе сходят в другой магазин, Роузи спустилась завтракать в новой серой майке.

Материалы по теме
Комментарии 0
Подпишитесь на нашу рассылку
Мы будем присылать вам важные и лучшие материалы за неделю.
Вы сможете дополнительно настроить рассылку в личном кабинете.